Разработчики, внедряющие большие языковые модели в production, неизбежно сталкиваются с двумя крайностями. Первая — сухой, роботизированный текст, лишенный нюансов, который читается как машинный перевод. Вторая — абсолютно безумные генерации, где модель теряет логическую нить повествования, изобретает несуществующие факты и выдает синтаксический мусор.